Гибель "Златовласки", или Фашист пролетел

<p style="text-align: justify;">Я войну, по причине своего возраста, почти совсем не помню. И всё же осталось из раннего детства одно воспоминание, вернее, разговор взрослых в семье, который долго потом жил во мне, и я всё не мог понять, имел ли он какое-нибудь отношение к войне или нет. В этом разговоре фигурировал некий Яков Ильич, который жил где-то в Харькове и у которого была дочь Валюшка, красавица с роскошной ниже пояса русой косою. И эту косу Яков Ильич сам расплетал и потом расчёсывал большим гребнем. А потом, видимо, что-то случилось, так как в памяти лишь оживала фраза: "Яков Ильич очень по ней убивался, говорил «не хочу жить". Мне этот разговор потому, может, и запомнился, что будил моё детское воображение о сказочной Златовласке, у которой Иван-царевич должен был, рискуя жизнью, раздобыть три золотых волоска. </p> <p style="text-align: justify;">С годами разговор про Якова Ильича расплылся в моём сознании, слившись с другими разговорами взрослых, тянущимися, по обыкновению, из детства непрерывной чередою. И в пору молодой, наполненной другими заботами, жизни не было особенного желания копаться в них. А когда такое желание появилось, оказалось, что переспросить уже не у кого. Разве что на погост наведаться.</p> <p style="text-align: justify;">Но, видимо, не суждено было умереть во мне этому воспоминанию. Недавно зазвонил "сотовый": </p> <p style="text-align: justify;">– Это Женя? Ни за что не узнаешь, кто звонит!.. Это побочная дочь Якова Ильича, родного брата твоего дедушки Ивана Ильича… </p> <p style="text-align: justify;">И вот я у Зои Яковлевны.  Выясняем отношения – кто есть кто. Получается, что она моя двоюродная тётя, родом, как и я, из Лебедей, у неё четыре симпатичных дочери, значит, они мои троюродные сёстры. У них самих уже внуки. Зоя Яковлевна показывает мне старую довоенную фотографию, на которой – мой дедушка Иван Ильич (я вижу его впервые). Вокруг него – дедушкины племянники – дети Якова Ильича. Словоохотливая Зоя Яковлевна говорит о каждом. Я обращаю её внимание на стоящую с краю девочку-подростка, о которой ещё ничего не было сказано. Моя собеседница вздыхает: </p> <p style="text-align: justify;">– Это Валюшка, любимица отца. Тут ей лет 12, а когда погибла – 17 было. Красавица была! </p> <p style="text-align: justify;">– Да как же погибла-то? </p> <p style="text-align: justify;">– Немец летел, а она окно открыла посмотреть, наш самолёт или немецкий. Он и бросил гранату в окно… По кусочкам потом собирали. Очень отец по ней убивался, не хочу – говорил – жить. </p> <p style="text-align: justify;">И в моей памяти вдруг оживает семидесятилетней давности сказка о "Златовласке» и тут же гаснет… А ещё вспоминается знаменитая картина известного художника А.А. Пластова, написанная им в самое трудное для страны время – первые годы войны. На картине изображены тихая осенняя природа, пасущееся у опушки леса стадо коров и на переднем плане – лежащий в неестественной позе убитый мальчик-пастушок и воющий рядом с ним пёс. А вдали, у самого горизонта – маленькая фигурка улетающего самолёта. Картина называется «Фашист пролетел". Сколько же их тогда над нашими городами и селами вот так пролетело!</p> <p style="text-align: right;"><strong>Е. ПРАСОЛОВ</strong></p> <p style="text-align: right;"><strong><img style="display: block; margin-left: auto; margin-right: auto;" title="Пластов Аркадий Александрович, Фашист пролетел. 1942 г. Государственная Третьяковская галерея. Москва. Холст, масло 138 x 185 см" src="media/2013/22aug2013/fashist_450x.jpg" alt="Пластов Аркадий Александрович, Фашист пролетел. 1942 г. Государственная Третьяковская галерея. Москва. Холст, масло 138 x 185 см" width="450" height="319" /><br /></strong></p>