"Атомные" люди

<p style="text-align: justify;"><strong><em>Каждый год 26 апреля в ночи звучит колокол, установленный во дворе православного храма Пророка Илии в Чернобыле. В этом году  он звонил 30 раз, а вблизи четвертого энергоблока ЧАЭС по традиции прошла панихида в память обо всех погибших от смертоносного атома.</em></strong></p> <p style="text-align: justify;"><strong><em><img src="media/2016/26apr2016/chernob/chernob02450.jpg" alt="" width="450" height="298" /><br /></em></strong></p> <p style="text-align: justify;">Тысячи благодарных людей ежегодно собираются вместе не только в Украине, Белоруссии, России, странах Прибалтики, но и в Западной Европе, чтобы сказать о том, что мир помнит о подвиге погибших и выживших в этой страшной техногенной акатастрофе.</p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: 12px;">События, которые привели к аварии, стали развиваться утром 25 апреля 1986 года. Реактор четвертого блока предполагалось остановить на плановый профилактический ремонт. Одновременно с этим проводились испытания, в ходе которых  отключалась аварийная система безопасности. И произошло непредвиденное: 26 апреля в один час  23 минуты температура в активной зоне настолько возросла, что началась неуправляемая цепная реакция. А еще через  четыре секунды реактор четвертого блока взорвался. </span></p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: 12px;"><img src="media/2016/26apr2016/chernob/chernob04450.jpg" alt="" width="450" height="282" /><br /></span></p> <p style="text-align: justify;">Позднее события той ночи будут по секундам восстанавливаться государственной  комиссией по свидетельствам очевидцев: взрыв  реактора, взметнувшаяся вверх тысячетонная панель перекрытия, проломившая, как картонный коробок, кровлю здания, смертоносный светящийся столб в небе…  Но даже специалисты разойдутся во мнении, сколько именно радиоактивных веществ было выброшено в воздух:  одни  будут утверждать, что  около 80 тонн, другие – свыше 190. Достоверно известно одно – радиоактивное облако  накрыло всю Европу, а резкое повышение радиационного фона было зафиксировано даже в далекой Японии.</p> <p style="text-align: justify;">По количеству жертв и числу ликвидаторов последствий этой страшной аварии в истории современной атомной энергетики равных нет.</p> <p style="text-align: justify;">Кроме работников аварийной службы, пожарных, инженеров-энергетиков и военных, с первых минут приступивших к тушению пожара и усмирению взбунтовавшегося атома, со всех уголков нашей страны в Чернобыль стали съезжаться  люди самых разных специальностей – медики, электрики, строители, водители, а параллельно к месту аварии направлялись техника, строительные материалы, спецодежда и медикаменты. </p> <p style="text-align: justify;">Работы по ликвидации последствий аварии велись вахтовым методом и растянулись на долгие месяцы. В них приняли участие в общей сложности около 700 тысяч человек. В том числе из нашего города  в Чернобыль было отправлено несколько групп специалистов, всего 207 человек.  К сожалению, 60 из них уже нет в живых. </p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2016/26apr2016/chernob/chernob03450.jpg" alt="" width="450" height="298" /></p> <p style="text-align: justify;">Накануне памятной даты в городском краеведческом музее состоялась встреча молодежи с участниками чернобыльских событий – Ю.В. Анниковым, П.П. Агафоновым, В.А. Мазуренко и И.Б. Тюгулевым. Услышать их воспоминания  собрались члены городского научного общества школьников, а также старшеклассники городских школ. К мероприятию были приурочены тематическая выставка и демонстрация документального фильма "Атомные люди".</p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Командировка на 22 дня</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">Рассказывая о тех  22 днях командировки в Чернобыль в июле-августе 1986 года, И.Б. Тюгулев, в прошлом машинист бульдозера, а ныне пенсионер комбината "КМАруда", не мог сдержать слез. Ему пришлось в течение десяти дней работать в 50-100 метрах от смертоносного четвертого реактора. Его группа производила смыв радиоактивной пыли с крыш, обрабатывала специальным раствором технику, снимала лопатами 40-сантиметровый слой зараженного радионуклидами грунта, который затем вывозился для захоронения. Впоследствии за стойкость и самоотверженность Иван Борисович был отмечен орденом Мужества.</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"><em>– Когда мы приехали в Чернобыль, там по садам уже яблоки начинали созревать, аромат в воздухе витал... Но, даже не будучи специалистами, многие из нас прекрасно понимали, что рядом смерть – в почве, металле, воздухе. Поэтому каждый после работы обязательно проходил через дозиметр. Ведь на взорвавшемся энергоблоке периодически происходили выбросы</em>, – рассказывает он.</p> <p style="text-align: justify;">Обращаясь к школьникам, Иван Борисович подчеркнул, насколько важно им хорошо учиться, быть грамотными, ответственными в жизни, чтобы уметь защитить себя и окружающих в минуту опасности. А опасность всегда есть в современном мире.</p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Пугала только  неизвестность</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">Эту же мысль – об ответственности современного человека перед будущим – подчеркнул и Ю.В. Анников, председатель городского совета ветеранов Чернобыля. Ему пришлось  работать с 26 августа по 6 октября 1986 года дежурным дозиметристом в лагере, который располагался на выезде из 30-километровой зоны. В эту командировку он отправился, имея за плечами опыт службы в армии и профессию скрепериста-взрывника шахты им. Губкина.</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"><em>– За один выезд на станцию, а лично я их сделал 19, можно было получить очень большую дозу радиации. Но не было случая, чтобы кто-то из работавших со мной ребят испугался или запаниковал. Всем было ясно – с радиацией надо воевать. Если что-то и пугало, то только неизвестность: мы тогда слишком мало знали обо всех опасностях этой работы. А еще в нашу обязанность входила подготовка зимнего лагеря, ведь все понимали, что работы по ликвидации  не закончатся быстро</em>, – рассказывает Юрий Владимирович.</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>На войне как на войне...</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">Бывший механик райпо  В.А. Мазуренко был призван в Чернобыль как офицер запаса. Его назначили  заместителем командира роты по политчасти. Он находился в зоне ликвидации аварии с 23 декабря 1986 по 13 марта 1987 года. Это сегодня он  добродушно шутит, что пропустил во время командировки целых четыре праздника с семьей – Новый год, 23 февраля, 8 Марта и свой день рождения, который отмечает 12 марта. Тогда же эти месяцы в радиоактивной зоне были для него, как на фронте. Не случайно на благодарности, привезенной домой из Чернобыля, его друзья оставили надписи: "Наше дело правое, мы  победим». А еще  там есть слова, которые дорогого стоят: «Спасибо тебе за человечность". </p> <p style="text-align: justify;"><img title=" В.А. Мазуренко" src="media/2016/26apr2016/chernob/mazurenko450.jpg" alt=" В.А. Мазуренко" width="450" height="298" /></p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"><em>– Мои ребята выполняли ремонт  тяжелой техники, которая  непосредственно на четвертом блоке расчищала завалы после взрыва и пожара. Нередко замеры на этой технике давали такие результаты, что ее надо было отправлять в могильник. Понимали ли мы опасность? Несомненно, ведь все были зрелые люди, прошедшие армию. Но страх в глазах я видел только у новоприбывших. А потом они просто становились плечом друг к другу и работали вместе со всеми. Иногда мы ложились после полуночи, а вставали в пять утра. Ни выходных у нас, ни праздников не было. К тому же зима в тот год выдалась очень  морозная, с метелями. Только с середины января 1987 года для перевозки людей в 30-километровую зону пришли утепленные автобусы, и нам стало комфортнее добираться на работу и назад в лагерь, </em>–  рассказывает Владимир Александрович.</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Люди в нас верили</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">П.П. Агафонов, приехавший в Чернобыль больше чем через год после аварии – 13 мая, работал в зоне водителем пожарной машины полтора месяца. Его группа вела патрулирование 30-километровой зоны, поливая дорогу. Но ему пришлось также две недели трудиться на могильнике для спецтехники, которую надо было закапывать в ямы.</p> <p style="text-align: justify;"><img title="П.П. Агафонов" src="media/2016/26apr2016/chernob/agafonov450.jpg" alt="П.П. Агафонов" width="450" height="316" /></p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"><em>– Однажды в течение трех часов мне пришлось  работать на могильнике для техники из четвертого реактора. Как и все, я тоже понимал прекрасно опасность радиации. Но для меня, прежде всего, было слово "надо". А еще я помню, как нас встречали жители города Белая Церковь, когда мы проезжали через этот городок под Киевом. Они махали нам руками, зная, кто мы и куда направляемся, </em> – вспоминает Павел Петрович.</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Цена подвига</strong></span></p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong><img src="media/2016/26apr2016/chernob/chernob01450.jpg" alt="" width="450" height="298" /><br /></strong></span></p> <p style="text-align: justify;">У большинства школьников, присутствовавших на встрече, нет дедушки или бабушки, участников Великой Отечественной войны. Их родители молоды, еще полны сил и бабушки-дедушки. Но дети прекрасно понимают, что цена подвига на войне и в мирное время – одинаково высока. Поэтому в конце встречи многим школьникам захотелось сфотографироваться с ликвидаторами аварии на ЧАЭС, чтобы остался на память снимок, где они с этими сильными и мужественными людьми. </p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>По ком звонит колокол?</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">Позади 30 лет после аварии на ЧАЭС. Так уж получилось, что именно столько лет  составляет период полураспада одного из радиоактивных веществ, выпавших в результате аварии, цезия-137. У других смертоносных изотопов – урана, плутония, цезия-134, стронция – период полураспада короче. Но полураспад, согласно  физике, означает, что опасность лишь уменьшилась вдвое, но никуда не исчезла. А значит, благодатные земли на слиянии рек Припять и Уж по-прежнему остаются полосой отчуждения. </p> <p style="text-align: justify;">Память о пережитой трагедии всегда сближает людей. Именно поэтому 26 апреля звонят колокола не только в храме Чернобыля.</p> <p style="text-align: justify;">Но, как оказывается, этот звон слышат далеко не все. Полураспад может произойти в умах и сердцах. Недавно группе белорусских журналистов, собравшихся снять фильм к 30-летию Чернобыля, новая  киевская власть запретила поездку в зону отчуждения. А ведь  катастрофа апреля 1986 года в буквальном смысле "накрыла" радиацией Белоруссию.  И только вмешательство украинского союза ветеранов Чернобыля помогло  съемочной группе из Минска получить нужное разрешение.</p> <p style="text-align: justify;">Тем не менее, уже в течение десятка лет на Украине процветает  бизнес-туризм в мертвую зону. И спрос у желающих поохотиться на возродившуюся фауну тех мест не падает.</p> <p style="text-align: justify;">Есть информация и о том, что техника исчезает из могильников: ради сиюминутной наживы бездушные дельцы  везут искореженный металл на переплавку, попирая и законы физики, и принципы человеческой морали.</p> <p style="text-align: justify;">Вот и звонит колокол над Припятью – в память о жертвах, в предупреждение живым.</p> <p style="text-align: right;"><strong>О. Авдеева</strong></p>