Ямская степь, или История одной любви

<p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step07450.jpg" alt="" width="450" height="185" /></p> <p style="text-align: justify;"><strong>…каждый раз, когда я видел что-нибудь красивое в природе, у меня появлялось чувство, похожее на досаду. «Господи, – говорил я, – такое мне дано, но ведь с этим же что-то делать надо!» А в это время идешь куда-нибудь по делу, хотя бы по грибы или на рыбную ловлю, и проходишь мимо красоты с чувством неудовлетворенности и досады: что-то надо было с этим делать, раз оно тебе дано, а ты прошёл мимо, не зная, что делать…Потом я понял, что нужно: остановиться и смотреть. Любоваться. (В.Солоухин. «Травы»)</strong></p> <p> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Вплелась в тот запах мамина печаль</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">Когда мы только-только начинаем помнить себя, наш словарный запас родной речи в основном бывает уже сформирован. Потом мы его всю свою жизнь лишь пополняем. Но где, когда, при каких обстоятельствах то или иное новое слово или даже целая фраза ложатся в копилку нашей памяти, мы по ходу жизни, особенно в детском возрасте, тоже забываем. Но о некоторых помним с самого раннего возраста и потом – всю жизнь. Такими словами для меня, например, стало словосочетание «Ямская степь».</p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step03450.jpg" alt="" width="450" height="337" /></p> <p style="text-align: justify;">Впервые я услышал их, когда мне было лет пять или шесть, и вот при каких обстоятельствах. Моя мама, не дождавшись с войны отца, билась в голодные послевоенные годы одна из последних сил, чтобы прокормить зимой и сохранить корову, а значит, сохранить и нас с сестрой. Основным источником заготовки сена на зиму для всех жителей моей деревни Лебеди был луг, что в пойме реки Осколец. Но его катастрофически не хватало. Использовали зимой даже солому, заваривая её предварительно кипятком. Но разве это был корм! Мы, дети, с серпами в руках летом обшаривали всякие балочки, отдельные кусты и болота, куда нельзя было взрослым подступиться с косой, приносили домой маленькие вязаночки травы и тоже сушили. Правда, у кого отцы вернулись живыми с войны, тем, конечно, было легче.</p> <p style="text-align: justify;">И вот как-то один из мужиков-соседей, Васька Матросов, откуда-то привёз, причём не на телеге с лошадью, а на бортовой машине-«полуторке» (что было по тому времени очень «круто»), сено, заметно отличающееся от привычного для меня лугового и по виду, и по особому, приятно дурманящему запаху. Скинув сено вилами с машины и разбросав затем перед своею хатой для его досыхания, он позволил нам с его глухонемым пасынком вволю на нём покувыркаться. Но когда после я прибежал к себе в хату и стал возбуждённо обо всём рассказывать маме, она, к моему удивлению, лишь глубоко вздохнула и только грустно произнесла, глядя мимо меня: «Из Ямской степи сено». </p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step04450.jpg" alt="" width="450" height="337" /></p> <p style="text-align: justify;">Только потом, многие годы спустя, я постиг для себя полный смысл этой фразы. Она означала, что некому в нашей семье поехать в далёкую Ямскую степь, договориться там с кем надо, накосить самому или купить уже в готовом виде сена и привезти его на машине домой. Но какая-то непонятная притягательная сила этих всего двух слов «Ямская степь», их таинственность и связанные с ними невысказанная материнская грусть и густой, дурманящий запах травы жили во мне потом все годы.</p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Всегда во мне жила скромная её красота</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">К слову сказать, степь эта оказалась не так уж и далеко, как представлялось мне тогда. Непонятно сейчас только одно: почему все эти годы моей – уже взрослой – жизни я не очень стремился побывать там, не навещал её как старую знакомую? Именно – «старую», иначе разве навеяла бы она мне в своё время вот эти слова:</p> <p style="text-align: justify;"><em>Здесь, томимый </em></p> <p style="text-align: justify;"><em>сладостным недугом,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Уходил я в дивные закаты,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>И цвела, не тронутая плугом,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Степь Ямская за моею хатой.</em></p> <p style="text-align: justify;">               (Поэма «Шаги по руде»)</p> <p style="text-align: justify;">Причину подобного я нахожу сейчас в одном: сказывался некий эффект постоянного присутствия, ведь я жил бок о бок с нею, был пропитан её былинным духом, её старинными поверьями. Поэтому был ли я далеко, в чужих краях, от Ямской степи, был ли рядом, она просто жила во мне. Так урождённые жители морских побережий, занятые повседневными делами, равнодушно взирают на толпы приезжих курортников, жадно устремляющихся каждый погожий день к воде.</p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step01450.jpg" alt="" width="450" height="300" /></p> <p style="text-align: justify;">Говоря о действующей на меня притягательной силе Ямской степи, не могу не сказать о том, что не было у меня по жизни, особенно в молодые годы, недостатка в лицезрении всевозможных красот дикой природы. В 17 лет я уже бродил практикантом-геологом по красивейшим местам Алтайского края с его могучими кедрами. В поисках алмазов была пройдена не одна тысяча километров по таёжным местам Якутии с её обширными, словно расцвеченными северным сиянием марями – болотами, тянущимися поверх вечной мерзлоты иногда на десятки километров, и местами, так плотно покрытыми ягодой-голубикой, что временами казалось, будто само голубое небо находится под твоими ногами. В поисках качественных бентонитов для ещё только проектируемого Лебединского ГОКа объехал в своё время все республики Закавказья и Средней Азии. Скажу коротко: посмотреть было что. Имею в виду, конечно, природу. Но ничто не могло вытеснить из меня созданного мною в детстве и в чём-то неуловимого образа Ямской степи. Так живой объект самой первой и очень юной любви прячется в мальчишеском сердце и лишь изредка, нет-нет, да и всплывёт отчётливо в его сознании. А мальчишке и того достаточно для счастья.</p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step05450.jpg" alt="" width="450" height="337" /></p> <p style="text-align: justify;">Только со временем уже другие размышления стали у меня связываться с Ямскою степью. Я стал более отчётливо осознавать, что одно дело то, что когда- то было за окном моей хаты, а это были лишь отроги, лишь окраинные проявления степи, да и те исчезнувшие с появлением Лебединского карьера, и совсем другое дело – Ямская степь во всей своей красе как заповедник. И с этой первозданной её красотой мне пришлось впервые познакомиться по вышедшей несколько ранее уникальной книге двух замечательных экологов-энтузиастов губкинской земли И.Д. Алтуховой и Е.Н. Солнышкиной «Заповедные уголки горняцкого края». Замечу только, что до этого я однажды предпринимал попытку взглянуть на предмет моих детских, и не только детских, мечтаний воочию.</p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step06450.jpg" alt="" width="450" height="337" /></p> <p style="text-align: justify;">Помню, катил туда на велосипеде, ощущая себя среди этих мест «в доску своим» и легкомысленно представляя, как заберусь сейчас в какой-нибудь дальний уголок степи и долго буду лежать, раскинув руки и не думая о времени, отдыхать и смотреть в синее небо. Но степь встретила меня довольно холодно. На кордоне я был, к моему удивлению, остановлен, строго допрошен – кто, откуда, зачем, есть ли разрешение и т.п. – и возвёрнут обратно. Ощутил в себе лёгкую обиду. Как будто молодой красивой девушке, с которой когда-то в детстве бегал и играл в прятки и которую долго теперь не видел, захотел оказать особое внимание, но услышал сдержанное: «Я уже замужем».</p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>До заповедных уголковрукой подать</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">Но вернусь к книге «Заповедные уголки…». Она и впрямь уникальная. Дать о ней достаточно полное представление тому, кто её не видел, дело заведомо безнадёжное: не хватит таких слов-эпитетов в личном словаре. Тут уж так: если захотел поближе познакомиться с Ямскою степью, то или бери сам в руки книгу и внимательно вычитывай и рассматривай всё, что поместили в неё дотошные авторы, или «бери ноги в руки» и ходи, ходи по степи, как, видимо, ходили по ней те же авторы, похоже, влюблённые не меньше меня в эту степь. Помню, года два или три назад ехал я на велосипеде по трассе в сторону Губкина. Где-то между Бабровкой и Губкином надумал (на свою голову) свернуть с трассы в сторону осколецких дач. Казалось, близко, за холмом. Но за ним оказался широкий лог и далее – новый холм. Перевалив через него, снова увидел лог, и снова – холм, только повыше. (Как потом узнал, это был Сухой Лог, часть охранной зоны заповедного участка «Лысые горы»). Далеко по логу просматривалась какая-то машина и рядом – человек. Им оказался муж Елены Солнышкиной, Виктор, в стороне резвилась девочка лет четырёх. Спросил:</p> <p style="text-align: justify;"><em>– А где ж ваша мама?</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>– Во-он там, наверху, – и девочка указала на вершину холма. Там виднелась склонившаяся над чем-то в траве фигурка. День был выходной. Подумалось: вот человек, любящий своё дело.</em></p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;">Этот, уже давний, случай дал мне впоследствии повод обратиться именно к Солнышкиной как к собеседнику в разговоре о Ямской степи. Однако насколько охотно говорила она о степи и в целом о заповеднике, настолько неохотно о себе. Правда, к началу беседы с Еленой Николаевной я уже знал, какую огромную просветительскую работу по защите окружающей среды ведут она и её губкинские коллеги – заслуженный эколог России Л.В. Горохова и главный хранитель фондов Губкинского краеведческого музея И.Д. Алтухова – среди губкинской молодёжи и всего населения. Знал, что наши заповедные участки – лишь островки благополучия природы в близком соседстве с цивилизацией. Они показывают всем нам, насколько богатой была здешняя природа раньше, и напоминают, как важно человеку уберечь это редкое сокровище от техногенного воздействия развивающейся промышленности. В 5-9 км севернее Ямской степи расположены объекты Лебединского ГОКа, в том числе карьер по добыче железистых кварцитов. Стойленский ГОК – в 5-10 км на северо-восток от степи. Гидроотвалы и хвостохранилища комбинатов подходят к границе степи на 150 – 1500 м. Сюда доносятся гул двигателей мощной горной техники, взрывы руды, долетает промышленная пыль. Вот уж истинно – «остров дикой природы в океане цивилизации»! Потому-то специалисты, подобно Солнышкиной, и ведут постоянное изучение флоры и фауны степи, её учёт, активную эколого-просветительскую деятельность среди населения. </p> <p style="text-align: justify;"><img src="media/2017/22jul2017/step/step02450.jpg" alt="" width="450" height="253" /></p> <p style="text-align: justify;">Так, дети во время встреч с Еленой Николаевной периодически совершают видеоэкскурсии по заповедным участкам городского округа – Ямской степи и Лысым горам, узнают о растительном и животном мире, о мерах по сохранению редких и исчезающих видов в заповеднике «Белогорье», о том, какие меры предпринимает Лебединский ГОК по защите Ямской степи от подтопления, по сокращению пыления хвостохранилищ. Конечно, эти и другие мероприятия играют большую роль в гармоничном развитии подрастающего поколения, воспитании уважительного и бережного отношения и любви к природе родного края, способствуют формированию экологической культуры, позволяют получить знания о природе заповедника из уст настоящих энтузиастов.</p> <p style="text-align: justify;"> </p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Ходить «по бугоркам»</strong></span></p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;">Из воспоминаний Елены Николаевны: <em>«Мы в начале 2000-х годов были в степи со школьниками (что-то вроде экологического лагеря). Жили в палатках и на кордоне, готовили на костре, воду приносили в бутылках с другого кордона за полкилометра. Хорошее было время. Как-то проще и искренней. Несколько дней жили, делили детей на группы и выполняли задания, а вечером обрабатывали полученные данные и конкурсы проводили. Даже приехали на грузовике. Теперь на такой выезд не решились бы. Столько запретов и бумаг…».</em></p> <p style="text-align: justify;">Узнал я от Елены Николаевны и ещё немало чего познавательного. А вот о ней самой узнал совсем мало.</p> <p style="text-align: justify;">Вот, для примера, два из её типичных ответов на мои вопросы. На вопрос о детстве:</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"><em>– Обычное советское детство. Простые родители. Лето в деревне. Бабушка – телятница, ходили с ней на ферму помогать. По дороге сорвет какую-нибудь травинку: «А это мы в детстве ели», – и покажет как. Например, с верхушки полыни горькой снять кожицу и стебелек этот съесть. Даже не горький! Или листок крапивы аккуратно размять пальцами в одну сторону, как бы прижимая «волоски», и съесть с солью и хлебом. Наверное, от нее и пошла моя любовь к растениям.</em></p> <p style="text-align: justify;">На вопрос: «Как рождалась книга «Заповедные уголки горняцкого края»?»:</p> <p style="text-align: justify; padding-left: 30px;"><em>– Гигантская часть работы легла на Ирину Дмитриевну Алтухову, она все тексты составляла. Еще раньше она ездила и в Центрально-Черноземный заповедник, и в экспедиции, собирала материал. Я потом текст вычитывала и немного добавила с практики. И фотографии добавила свои. Помогала Лариса Всеволодовна Горохова, так как тоже сотрудничала с заповедником и прикомандировали фотографа Николая Анисимова… Я просто люблю ходить «по бугоркам», определять виды. Всякий раз, как начинается весна, душа разрывается: там всё цветёт, распускается, а приходится в кабинете сидеть, вся природа «мимо проходит»… Ну, не представляю я журналистского интереса!</em></p> <p style="text-align: justify;">Ходить «по бугоркам»… А вот я бы, будь художником, нарисовал бы трёх богатырей в духе Васнецова, только лица были бы – Алтуховой, Гороховой и Солнышкиной. И подпись внизу: «На страже Ямской степи». Ну, а если серьёзно, то вот официальное сообщение в газете «Новое время» за 2 марта 2017 года: «За большой вклад в развитие культуры, многолетнюю плодотворную работу Благодарность Министра культуры Российской Федерации выражена Е.Н. Солнышкиной, научному сотруднику по экспозиционно-выставочной работе Губкинского краеведческого музея».</p> <p style="text-align: justify;">Ну и, надеюсь, читатель не укорит меня за то, что свой разговор на одну из очень серьёзных тем я заканчиваю несколько шутливым стихотворением, написанным когда-то по-случаю об одном из активных «бойцов экологического фронта» на губкинской земле Е.Н. Солнышкиной.</p> <p style="text-align: justify;"><span style="font-size: medium;"><strong>Лена и степь</strong></span></p> <p style="text-align: justify;">(шутка–быль)</p> <p style="text-align: justify;"><em>Хоть солнечный день, </em></p> <p style="text-align: justify;"><em>хоть ненастный,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Хоть жар нестерпим, хоть знобит,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Всегда у «Елены Прекрасной»</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Спокойный, задумчивый вид.</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>О чём её крепкая дума?</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Какая такая мечта</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Средь говора, смеха и шума</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Её затворяет уста?</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Ах, знать, не до смеха ей, бедной,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Коль мыслей учёных полна,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>В мечтах по степи заповедной</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Всё бродит и бродит она.</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>На каждую ямку ли, кочку</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Бросает пытливый свой взор,</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>И с каждым листочком-цветочком</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Ведёт она свой разговор.</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>И всё ей в степи той – родное.</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Ей степь как надёжная крепь.</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>И в мире во всём их лишь двое:</em></p> <p style="text-align: justify;"><em>Она, то есть Лена, да степь.</em></p> <p style="text-align: justify;">Ходит Елена Николаевна по степи, ищет и находит много интересного и полезного. Ищет и находит. А я брожу по своей, уносящей меня в дальние дали, памяти, ищу моё детство. Ищу и не нахожу...</p> <p style="text-align: right;"><strong>Евгений ПРАСОЛОВ</strong></p>